Переговоры администрации Дональда Трампа с Россией о завершении войны в Украине вышли за рамки политики: теперь в них обсуждается многомиллиардная сделка по продаже зарубежных активов «Лукойла». Выиграть от нее могут бизнесмены с Ближнего Востока, связанные с главными переговорщиками США — спецпосланником Стивом Уиткоффом и зятем американского президента Джаредом Кушнером. Об этом пишет The New York Times со ссылкой сразу на несколько источников, знакомых с ходом переговоров.
По данным NYT, Владимир Путин сам поднял тему «Лукойла» на встрече с Уиткоффом и Кушнером в Кремле 5 сентября. Один из собеседников издания утверждает: российский лидер предложил довести сделку до конца, чтобы показать россиянам, что с США можно вести бизнес. Американцы пообещали над этим поработать. Для них это возможность наладить отношения с Кремлем и заодно снизить мировые цены на энергоносители.
Формально «Лукойл» — частная компания, но в Москве решение по сделке принимает Путин. Окончательное одобрение с американской стороны должно дать Министерство финансов США, которое следит за соблюдением санкций. Однако, по словам источников, ключевые решения принимаются в Белом доме. В пресс-службе Минфина США на вопрос о «Лукойле» ответили, что профильное подразделение реализует внешнюю политику «так, как ее определяет Белый дом».
Ранее в 2025 году компания оценивала свои зарубежные активы в 20 млрд долларов. Среди них — месторождения в Камеруне, НПЗ в Европе и заправки в американском штате Нью-Джерси. Цена и структура сделки пока неизвестны. При этом покупатели в любом случае окажутся в выигрыше: одобрение США выведет активы из-под санкций, и их стоимость сразу вырастет.
Кто претендует на покупку
Ведущую группу покупателей, по сведениям NYT, составляют:
● американский миллиардер Тодд Боли — совладелец бейсбольного клуба Los Angeles Dodgers. В декабре 2025 года он перечислил 1 млн долларов политическому комитету MAGA Inc., поддерживающему Трампа, и еще 1 млн — через свою инвестиционную компанию на инаугурацию президента. Опыта в нефтегазовой отрасли у Боли почти нет;
● катарский конгломерат братьев Мутаза и Рамеза аль-Хайят. Они присутствовали на инаугурации Трампа, а затем вместе с Кушнером и его женой Иванкой Трамп, дочерью президента США, взялись финансировать строительство роскошного курорта на юге Албании. Эта работа продолжалась и во время переговоров о «Лукойле»;
● фонд из Абу-Даби, который контролирует шейх Тахнун бин Заид Аль Нахайян, главный советник ОАЭ по нацбезопасности. Другой подконтрольный ему фонд купил крупную долю в криптовалютной компании семьи Трампа World Liberty, сооснователем которой выступил Уиткофф, а частично управляет ей его сын. Кроме того, шейх курирует фонд, который входит в число крупнейших инвесторов частной инвестиционной компании Кушнера;
● Корпорация финансирования международного развития США — государственное агентство, которое инвестирует в зарубежные проекты.
NYT подчеркивает: нет признаков того, что выгоду от сделки получат сами Уиткофф и Кушнер. По словам человека из окружения Уиткоффа, свою долю в World Liberty тот продал.
Высокопоставленный представитель администрации подтвердил, что оба переговорщика напрямую помогали согласовать условия участия американского государства в сделке, чтобы США получили «существенный авансовый платеж и долю в прибыли».
— Он не получает зарплату, летает по миру на собственном самолете за свой счет и работает от имени президента Трампа, чтобы добиться мира и вернуть заложников их семьям, — заявила пресс-секретарь Уиткоффа. По ее словам, у него «нет конфликта интересов и финансовой заинтересованности в этом деле».
В американском госагентстве считают, что сделка укрепит экономическую безопасность США, снизит цены на энергоносители для американцев, принесет прибыль налогоплательщикам и не позволит противникам получить стратегическую инфраструктуру.
Иначе оценивает ситуацию Хуэй Чэнь, бывшая прокурорка Министерства юстиции США и консультантка по вопросам этики.
— Это очень тревожное переплетение интересов. И это заставляет задуматься, как администрация Трампа оценивает разных претендентов. Не повлияют ли личные интересы на результат? — задается вопросом Чэнь.
Почему сделка важна для обеих сторон
Уиткофф и Кушнер, неоднократно ездившие в Россию на встречи с Путиным, убеждены: возможность восстановить экономические связи с Западом может склонить российского лидера к компромиссу по Украине. Администрация Трампа в последнее время дает понять, что готова заключать сделки с Москвой еще до окончания войны.
В процессе продажи активно участвует и экономический посланник Путина Кирилл Дмитриев. В прошлом месяце он встречался с американскими представителями в Нью-Йорке и Вашингтоне и заявлял журналистам, что «диалог» с США продолжается во многих сферах, включая энергетику.
У Трампа есть и практический интерес. НПЗ «Лукойла» в Нидерландах, Болгарии и Румынии производят дизельное и авиационное топливо, которого не хватает с начала войны с Ираном. Из-за этого цены выросли, и сделка могла бы облегчить доступ к энергоносителям.
Напомним, санкции против «Лукойла» администрация Трампа ввела год назад, назвав их способом надавить на Путина, чтобы тот «прекратил убийства». Из-за ограничений компания была вынуждена выставить на продажу свои зарубежные активы.
В ноябре Минфин США отклонил заявку швейцарского трейдера Gunvor, назвав его «марионеткой Кремля». А в январе предварительное соглашение о покупке значительной части активов заключила американская инвестиционная компания Carlyle, но одобрение этой сделки застопорилось.
Пока решение не принято, Минфин продлевает разрешения, позволяющие заправкам «Лукойла» в США и другим подразделениям компании работать с партнерами. Последнее продление действует до 29 октября.
