В декабре 1929 года в суде небольшого города Сольнок в Венгрии состоялся судебный процесс: в соседней деревне Надьрев десятки женщин обвинили в умышленном отравлении своих мужей, пишет Русская служба Би-би-си.
В то время газета New York Times сообщила, что обвинения в отравлении мужчин предъявили почти полусотне женщин. Газета отметила, что в период с 1911 по 1929 год более 50 мужчин в Надьреве, сельскохозяйственном поселении примерно в 130 километрах к югу от Будапешта, были убиты с помощью мышьяка.
Обвиняемые женщины стали известны как «творцы ангелов».
Во время судебного процесса одно имя повторялось постоянно: Жужанна Фазекаш, деревенская акушерка.
Жизнь в Надьреве
Надьрев — небольшое фермерское поселение, расположенное на реке Тиса в Куншаге, крупнейшем винодельческом регионе Венгрии.
Браки в этом районе часто заключались по договоренности, и очень молодые женщины выходили замуж за гораздо более пожилых мужчин. Такие браки обычно сопровождались договорами, касающимися земли, наследства и юридических обязательств. Развестись было невозможно.
В то время деревня еще находилась под властью Австро-Венгерской империи.
Поскольку в Надьреве не было своих врачей или священников, Фазекаш, благодаря знаниям о лекарственных средствах и химических веществах, выполняла не только функции акушерки, но и фактически была врачом.
«Ее знания заставляли людей обращаться к ней и доверять ей», — рассказала в интервью Би-би-си в 2004 году Мария Гуня. Она была маленькой девочкой, когда полиция попросила ее отца, местного чиновника, помочь в расследовании серии необъяснимых смертей в деревне.
Акушерка жила в типичном одноэтажном доме, выходящем окнами на улицу.
Гуня объяснила, что женщины в деревне часто обращались к Фазекаш со своими проблемами.
«Она часто слышала о том, что происходило в домах: мужчины избивали женщин, насиловали их, изменяли им. Много жестокого обращения», — вспоминала Гуня.
По ее словам, когда женщины жаловались на своих пьяных или жестоких мужей, Фазекаш говорила им: «Если с ним есть проблема, у меня есть простое решение».
Это решение заключалось в мышьяке, который акушерка получала, замачивая в воде липкую бумагу для ловли мух.
Согласно сообщению газеты Times, позже в ее саду были найдены зарытые флаконы с ядом.
Арест
С годами деревенское кладбище начало заполняться. В период с 1911 по 1929 год на кладбище Надьрева было похоронено около 50 мужчин. Многие из них были мужьями и отцами.
В конце концов власти заподозрили неладное и начали эксгумировать трупы.
В 46 из 50 исследованных тел был обнаружен мышьяк, что подтвердило подозрения в отравлении.
Все указывало на Фазекаш.
19 июля 1919 года полиция пришла к ней домой, чтобы арестовать.
«Увидев приближающихся жандармов, она поняла, что для нее все кончено. К тому времени, когда они дошли до дома, она уже была мертва — она приняла часть своего яда», — вспоминает Гуня.
Первые смерти
Согласно полицейским отчетам, первые убийства произошли в 1911 году, когда Фазекаш поселилась в деревне. Этот год ознаменовал начало серии отравлений, продолжавшейся почти два десятилетия.
Но акушерка, похоже, была не единственной виновницей. В соседнем городе Сольнок с 1929 года перед судом предстали 26 женщин. Восемь из них были приговорены к смертной казни, остальные отправились в тюрьму, семеро из них получили пожизненное заключение. Лишь немногие признали свою вину, и их мотивы полностью так и не удалось установить.
Что касается мотивов, то существует множество теорий. Бедность, жадность и скука — вот лишь некоторые из них.
В некоторых отчетах утверждается, что женщины завели любовников среди русских военнопленных, которые были заняты в работе на фермах в отсутствие мужчин, ушедших на фронт во время Первой мировой войны.
Когда мужья вернулись, женщины возмутились внезапной потерей свободы и одна за другой решили действовать.
За пределами Надьрева
Возможно, масштаб отравлений был гораздо шире. В соседнем городе Тисакурт в других эксгумированных телах был обнаружен мышьяк, но никто не понес за это наказания.
По некоторым оценкам, общее число погибших в этом районе могло достигать 300 человек.
С годами печальные события в Надьреве стали забываться. Его название больше не вызывает беспокойства у мужчин из окрестных регионов.
Однако Гуня с иронией замечает, что после отравлений поведение мужчин по отношению к своим женам «значительно улучшилось».