Координатором чата «ХАТА», в котором обсуждались планы протестных акций в 2020 году, был экс-политзаключенный Эдуард Пальчис. Об этом он заявил в своем телеграм-канале.
Пальчис отметил, что пост он решил написать, потому что многие из тех, кто его поддерживал последние шесть лет, не знают, за что конкретно ему дали 13 лет заключения, почему после выхода на свободу он не дал пока что ни одного интервью.
Экс-политзаключенный опубликовал фрагмент видео из интервью Романа Протасевича, которое тот дал нынешнему министру культуры Марату Маркову в 2021 году, спустя две недели после посадки самолета Ryanair в Минске. В нем Протасевич рассказал, что существовал чат «XATA», в котором состояли в том числе администраторы крупнейших телеграм-каналов.
«Именно там (в чате „ХАТА“) действительно происходили обсуждения предстоящих акций. Там происходило планирование, работа над повесткой, которая должна была быть на ту или иную неделю протестов. <…> То есть там состояли администраторы крупнейших каналов, блогеры и так далее», — заявил Протасевич.
Пальчис в своем посте отметил, что Протасевич говорил правду.
«То, что он не сказал по ТВ, но сказал в моем уголовном деле, — это то, что я был главным координатором того самого чата „XATA“. План собраться 9 августа на Стеле, планы первых восьми маршей, „План Победы“ и практически каждый большой текст, который вы читали у NEXTA, „Беларусь Головного Мозга“, „МКБ“ и т. д., — все это было написано мною или исходило в основном от меня. Как и много-много другого. В том числе наземная координация маршей вживую. Мы координировали и планировали акции, находясь в Минске», — заявил Пальчис.
Он добавил, что, кроме него, «огромные усилия прикладывали другие участники чата». А также было множество команд-чатов из «отличнейших людей, можно сказать, „ноунэймов“, которые в моменте творили фантастические вещи».
«Я могу про это написать, так как 16 сентября Джон Коул вывез из Беларуси последнего участника нашей группы — Евгения Юшкевича, бывшего следователя и айтишника. Пока он находился там, я молчал. Как и во время моего заключения молчали практически все, кто знал о моей роли», — заявил экс-узник.